zhuki06 (zhuki06) wrote,
zhuki06
zhuki06

Она научила ее радоваться жизни. Кажется это так легко жить сегодня, сейчас и получать наслаждение от того, что ты живешь. И находишься в гармонии с окружающим миром. Но мало, кто умеет это делать. Она умела это делать, умела так жить. Без алкоголя, наркотиков, антидепрессантов. Любой поход в самые обыденные места превращался в художественный жест и был наполнен неким сакральным смыслом. И когда другая узнала ее семейную историю, то была удивлена, как можно было сохранить или, напротив, приобрести такое радостное отношение к жизни.

Ее сын покончил собой. У нее было четверо детей, от трех разных отцов. Этот был старшим, рожденным в раннем браке от нелюбимого мужа. Она, покинутая сбежавшим в Америку любовником, вышла замуж от отчаяния за первого согласившегося на этот шаг молодого человека.

Старший сын чувствовал себя ненужным. Мать металась в то время между Питером и Москвой, создавала новую семью: найдя нового талантливого мужа, родив других детей. Он рано оторвался от нее, ушел хипповать. Мне трудно представить себе юного хиппаря начала 90-х. Знаю, что стал он курить травку, потом в ход пошли сильнодействующие. Тернистый путь его нарковзросления мало отличался от пути многих других, как предшественников, так и его современников. Боюсь, что и сегодня путь к зависимости и диалог с наркотиками сохранил стародавние очертания, некую единую канву. Мать знала о болезни сына. Знала о его зависимости и ее мама, бывшая при Советах прокурором и сотрудницей Обкома. И, как не странно, именно она, в прошлом неистовая мракобеска, травившая всех нестандартных друзей своей единственной дочери, относилась к страданиям внука с пониманием: она давала ему деньги на наркотики, и в трудную минуту даже сама ездила за кайфом.

Что же такое случилось, почему молодой человек, у которого, казалось бы впереди вся жизнь, насильственно оборвал ее. Не от отчаяния во время ломок, он наложил на себя руки. Суицид являлся осознанным его решением. Я думаю, он понимал, что болезнь его – наркозависимость, неизлечима, а жить с ней он не хотел и не мог. Попытки стать «clean» и жить насколько получиться в этом состоянии без срывов, смирение с невозможностью излечиться полностью – не употребляя наркотики, осознавать себя страдающим, были не для него. Мне кажется, что можно было попробовать, в его юном и нежном возрасте еще не все было потеряно, можно было вычеркнуть из памяти, на уровне второй сигнальной системы павловских рефлексов забыть принцип наркоудовольствия. Но каждый решает за себя и решение было принято молодым человеком самостоятельно. Он ТАК жить не МОГ и не ХОТЕЛ.

Всё было рассчитано. Купив нужную дозю снотворного, он приехал к друзьям. Зная сколько времени их не будет дома, он спокойно принял дозу и заснул, и, как ожидал, не проснулся. В предсмертной записке он обосновал свой уход.

Мать приняла эту потерю, мотивации сына были для нее понятны. Она говорит на эту тему спокойно.

Я не верю в такое спокойствие, как и не верю в ее гармонию с миром.

История с мальчиком – история нового времени. Время – другое. А наркозависимость та же самая. Преемственность поколений....

Subscribe

Comments for this post were disabled by the author